Политика

Страсти по кодексу. Из-за чего поспорили депутат и вице-министр

Страсти по кодексу. Из-за чего поспорили депутат и вице-министр

На одном из заседаний в Мажилисе вице-министр Тимур Карагойшин резко отреагировал на вопрос депутата Болатбека Нажметдинұлы. Спор между ними возник в ходе обсуждения проекта нового Строительного кодекса и попал на видео. Редакция Tengrinews.kz попыталась разобраться, из-за чего в здании Парламента не смогли сдержать эмоций.

В ходе перепалки депутат Болатбек Нажметдинұлы пытался получить ответ от вице-министра об экспертизе проектов: “Как вы исключите коррупционные риски, если вы будете регулировать и полностью все заберете?”

Как все устроено

Как объясняют участники рынка, сейчас невозможно начать строительство объекта без получения разрешения от акимата. Разрешение, в свою очередь, не выдается, если нет положительного заключения экспертизы проекта. Документация должна получить оценку: государственную или частную экспертизу.

В Казахстане сейчас работает порядка 300 частных компаний, оказывающих услуги по экспертизе, но выдавать они ее могут только объектам II (нормального) уровня ответственности и III (пониженного) уровня сложности. Это здания вузов и школ, ТРЦ с вместимостью до 800 человек, гостиничные комплексы на 50 мест, небольшие сельхозздания, индивидуальные жилые дома, хозпостройки, благоустройство на дачных участках, контейнеры – в целом, все, что “несложно”.

А технически сложные проекты – из I категории – должны проходить только государственную экспертизу. Заключение выдает РГП “Госэкспертиза” – “внучка” Министерства промышленности и строительства. Сюда входит то, что строится на бюджетные деньги, сложные промышленные проекты, здания, возводимые в природоохранных зонах и другие.

Законом четко определено, что государственная экспертиза проектов осуществляется только РГП “Госэкспертиза”, единой государственной системой, дублирование функций которой не допускается.

Поспоривший с вице-министром депутат Болатбек Нажметдинұлы в разговоре с нашим корреспондентом утверждает, что, несмотря на доминирование, РГП “Госэкспертиза” хочет еще больше увеличить свое присутствие.

“Они якобы говорят, что у них 20 процентов, остальные 80 – у бизнеса. На самом деле “лакомые” проекты у них – это первая категория”

“Семь кругов ада”

Руководитель аккредитованной экспертной организации Баян Султанбекова сравнивает получение заключения госэкспертизы с прохождением “семи кругов ада”.

“Например, по проекту предусмотрено столько-то бетона, столько-то арматуры. Если я частник, захочу пробурить скважину, я найду компанию, которая сделает это условно за 10 миллионов тенге. А вы зайдите на сайт госзакупок: чтобы пробурить скважину, проектно-сметная документация стоит 20-30-60 миллионов тенге. Это только бумаги. Потом пройти госэкспертизу, чтобы тебе смету утвердили, – опять 5-10 миллионов оплачиваешь. Потом разыгрывают тендер на 200-300 миллионов тенге и отдают какой-то коррумпированной компании, которая никогда эту скважину не пробурит. И у вас уже 300-400 миллионов тенге в бюджете денег нет. Разница в том, что частник себе сделает за 10 миллионов, а из бюджета на это тратят в 10 раз дороже. Одни и те же работы, один и тот же материал, одни и те же подрядчики”, – говорит она.

Что за “Госэкспертиза”

Предприятие создано государством в 1988 году для совершенствования архитектурно-градостроительного контроля в стране. До 2015 года экспертиза проводилась на бумажном носителе, после введения комплексной вневедомственной экспертизы (по принципу “одного окна”) вся работа в компании проходит только посредством единого портала и информационных систем.

В ответе на официальный запрос Tengrinews.kz в РГП “Госэкспертиза” подтвердили, что предприятие осуществляет экспертную деятельность, отнесенную к государственной монополии. При этом уверяют, что за 2023 год их объем от рынка составил только 14 процентов.

“Предприятие формирует и ведет государственный банк проектов строительства, а также предоставляет из него технико-экономические обоснования, типовые проекты и документацию, разработанные за счет государственных инвестиций и средств субъектов квазигосударственного сектора”, – сообщили в ведомстве.

При этом предоставление ТЭО, типовых проектов и проектно-сметной документации из государственного банка клиентам, государственным учреждениям и субъектам квазигосударственного сектора осуществляется на безвозмездной основе.

“Деятельность предприятия финансируется в соответствии с планом развития за счет собственного дохода и не финансируется за счет государственного бюджета”, – отмечают там. Но, учитывая, что компания оказывает услуги по проектам, которые строятся на бюджетные деньги, можно говорить, что государственные средства “Госэкспертиза” все равно получает.

Согласно аудиторскому отчету, прибыль “Госэкспертизы” в 2022 году составила 1,1 миллиарда тенге. В 2021 году – 1,2 миллиарда тенге. В 2020 году – 1,5 миллиарда, в 2019 году – 1,7 миллиарда тенге. Цифры показывают, что с каждым годом компания все меньше приносит прибыли. Отчетов за более ранние годы нет.

С 2021 год по настоящее время организацию возглавляет Куандык Кажкенов. До него “Госэкспертизой” пять лет руководил Тимур Карагойшин – тот самый вице-министр промышленности и строительства, с кем спорил депутат Болат Нажметдинұлы.

Нужны реформы

Президент поручал разработать новый Градостроительный кодекс еще в 2022 году. В феврале этого года Касым-Жомарт Токаев рассказал, что к нему много обращений от экспертов и бизнес-сообщества: “Проект кодекса не отвечает поставленной задаче, представляет собой свод уже действующих норм, не содержит новых подходов и решений”. Президент подчеркнул, что проект Строительного кодекса нужно основательно доработать.

Мнение Президента о состоянии Строительного кодекса поддерживают и депутаты, которые сейчас рассматривают проект документа.

“Я это вижу (что кодекс нуждается в доработке – прим. редакции), я сам строитель, я работал заместителем акима города 4 года. Я знаю, что такое строительство, жилищный контроль, долевое строительство”, – делится мажилисмен Болатбек Нажметдинұлы.

Проблемная ситуация в строительной отрасли сложилась из-за упущения правительства, считает он.

“На самом деле это упущение правительства, в том числе то, что вот это происходит на местах. Аким на местах – он самый главный, он решает. Ему сверху не говорят: “Господин аким, ваш план детальной планировки, который попал под корректировку, незаконен, он непригоден”. Эти точечные застройки – это не только ошибка акима, это по умолчанию с согласия правительства. Они тоже виноваты в этом”, – сказал он.

Выход из сложившейся ситуации депутат видит в реформе.

“Нужна реформа на строительном рынке, на самом регулировании. Надо делить их – кто-то пишет методологию, а кто-то контролирует. Вся строительная власть сконцентрирована в одних руках”, – сказал Болатбек Нажметдинұлы.

Что говорят в министерстве

Мы спросили вице-министра промышленности и строительства Тимура Карагойшина о его перепалке с депутатом и ситуации с кодексом и государственной экспертизой. Чиновник считает, что слова Болатбека Нажметдинұлы не обоснованы и не аргументированы.

“Депутаты нестандартные, я это понимаю, но это не дает им никакого права в обвинительном тоне высказываться в адрес государственного служащего. Мы отвечаем за свои действия… Говорить, что государственный служащий организовал такую систему, – это неправильно… Я это не организовывал, мы, наоборот, хотим это устранить, потому что информационная систему у частной экспертизы своя, государственная система у “Госэкспертизы” своя…” – добавил Карагойшин.

Возмущения участников рынка по поводу возможной передачи II-ой категории в “Госэкспретизу” вице-министр называет “преждевременными”

“Это неправильная информация… Никаких ущемлений нет. В стенах Мажилиса депутаты будут рассматривать… Мы не претендуем у них что-то отобрать. Преждевременный ажиотаж устроили”, – сказал Тимур Карагойшин.

Заместитель председателя Комитета по делам строительства Бакытжан Жунисбеков рассказывает, что в рамках Строительного кодекса пересматривается подход к уровням ответственности.

“Госэкспертиза” – это единый орган, через год, через два он не перестанет существовать. Он несет ответственность за свои решения, за свои заключения. Частная экспертиза – это была альтернатива государственной монополии. Ее начинали с самых простых объектов. На сегодня частная экспертная организация может создаться, может ликвидироваться, и к ответственности ее привлечь за неправильные решения и нарушения проблематично”, – сказал он.

В комитете говорят, что частные компании допускают много нарушений, не производят расчеты, были случаи, когда экспертное заключение положительного характера было выдано за один день.

“Мы дали им правоустанавливающие документы на проведение экспертизы по технически несложным объектам. Когда мы с 2015 года порциями техническую сложность искусственно занижали, никто не был против. Теперь мы хотим привести в соответствие техническую сложность частично. Не на всех объектах, а на тех, где одновременно могу пребывать много людей. Представьте, был мотоцикл, его назвали мопедом, а ведь на него права не нужны, и потом начали происходить аварии. И мы говорим: давайте все-таки называть эту технику мотоцикл, чтобы на нее получали права, чтобы исключить управление ими некомпетентными людьми”, – объясняет Бакытжан Жунисбеков.

Он привел в пример ситуацию на EXPO, когда там обрушилась одна из конструкций. По его словам, сооружение проходило частную экспертизу.

“Мы хотим привести в соответствие техническую сложность объекта. Представьте: 5-этажный жилой дом может строить компания, которая вчера только получила лицензию. А раньше это была II категория лицензии и 5 лет опыта. Это не сводится только к экспертизе, это сводится и к проектированию, и к строительству”, – заключил Бакытжан Жунисбеков.

Что дальше?

Баталии вокруг нового Строительного кодекса, судя по всему, будут продолжаться. Политолог Уразгали Сельтеев говорит, что в новом проекте документа прописаны правила “с откровенным лоббированием интересов застройщиков”.

“В этой сфере творится полный беспредел, который не только продолжает расширять проблемы точечной застройки, но и приводит к смертям людей. При этом очевидно, что профильное министерство даже не пытается навести порядок. Вытекающий вывод один: это не следствие слабых компетенций у чиновников, а скорее, намеренное продвижение узконаправленных интересов и, соответственно, саботаж президентских реформ. Интересно, что руководство Министерства промышленности и строительства рискнуло пойти в Парламент с таким проектом Кодекса после смены премьер-министра”, – пишет он.

Депутат Асхат Аймагамбетов и вовсе называет проект кодекса сырым.

“Хаотичная застройка населенных пунктов, отсутствие прозрачности, бесконечные корректировки проектов детальной планировки, удорожание проектно-сметной документации и проблемы с дальнейшей корректировкой, строительство так называемых “человейников” без наличия в шаговой доступности школ, детских садов, больниц, скверов, а также проблемы с приемкой в эксплуатацию построенных объектов, излишняя либерализация в погоне за мифическими рейтингами вроде Doing Business, технадзора и выдачи разрешений – эти и другие вопросы были подняты на презентации данного законопроекта”, – перечисляет мажилисмен, подчеркивая, что в Мажилисе так и не получили от профильного министерства “адекватных ответов”.